На следующий день за
завтраком он долго сидел уставившись в кружку с какао; а потом с мечтательным
вздохом произнес: «Черт, мне двадцать восемь лет, а я все еще девственник!…» Я
все же удивился; тогда он объяснил мне, что у него еще осталась гордость,
которая не позволяла ему пойти к шлюхам. Я осудил его за это, может быть
чересчур резко, потому что он снова попытался разъяснить мне свою точку зрения
– в тот же вечер, перед отъездом на уик-энд в Париж. Мы сидели в машине, на
стоянке регионального управления министерства сельского хозяйства; вокруг
фонарей висел противный мутно-желтый ореол, было сыро и холодно. Он сказал:
«Знаешь, я все подсчитал: я могу позволить себе оплачивать одну шлюху в неделю,
скажем в субботу вечером. И наверно, в конце концов так и буду делать. Но я
ведь знаю, что некоторые мужчины могут получать то же самое бесплатно, и
вдобавок с любовью. Вот и я хочу попытаться – пока еще хочу попытаться».
Мне, разумеется, нечего было сказать
в ответ. Тем не менее, вернувшись в гостиницу, я задумался. Без сомнения,
говорил я себе, в нашем обществе секс – это вторая иерархия, нисколько не
зависящая от иерархии денег, но не менее – если не более – безжалостная. По
своим последствиям обе иерархии равнозначны. Как и ничем не сдерживаемая
свобода в экономике (и по тем же причинам), сексуальная свобода приводит порой
к абсолютной пауперизации. Есть люди, которые занимаются любовью каждый день; с
другими это бывает пять или шесть раз в жизни, а то и вообще никогда. Есть
люди, которые занимаются любовью с десятками женщин; на долю других не
достается ни одной. Это называется «законом рынка». При экономической системе,
запрещающей менять работу, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место
в жизни. При системе сексуальных отношений, запрещающей адюльтер, каждый с
большим или меньшим успехом находит себе место в чьей-нибудь постели. При
абсолютной экономической свободе одни наживают несметные богатства; другие
прозябают в нищете. При абсолютной сексуальной свободе одни живут насыщенной,
яркой половой жизнью; другие обречены на мастурбацию и одиночество. Свобода в
экономике – это расширение пространства борьбы: состязание людей всех возрастов
и всех классов общества. Но и сексуальная свобода – это расширение пространства
борьбы, состязание людей всех возрастов и всех классов общества. В
экономическом плане Рафаэль Тиссеран принадлежит к команде победителей; в плане
сексуальном – к команде побежденных. Некоторым удается побеждать на обоих фронтах;
другие терпят поражение и на том, и на другом. За некоторых молодых
специалистов спорят солидные фирмы; женщины спорят за некоторых молодых людей;
мужчины спорят за некоторых молодых женщин; великая смута, великое волнение.
(с) Мишель Уэльбек. Расширение пространства борьбы
Комментариев нет:
Отправить комментарий